Время, как известно, лечит раны. Оно способно примирить между собой и отдельных людей, и целые народы. Но сколько времени должно пройти для того, чтобы вчерашние противники могли найти общий язык, простить друг друга, что называется «перелистнуть страницу» и жить дальше?
История знает множество примеров, когда это происходило достаточно быстро. Англия, Франция, Германия в прошлом то воевали друг с другом, то заключали союзы. Наша страна воевала с Японией в войну 1904-1905 годов, союзничала с ней в Первую мировую войну, затем снова отражала ее нападения у озера Хасан, на реке Халхин-Гол, нанесла ей поражение в 1945 году.
Великая Отечественная война не может рассматриваться заурядно в этой череде войн и примирений. Враг, вторгшийся в нашу страну в 1941 году, задавался целью уничтожения и порабощения населения. Его злодеяния на оккупированных территориях носили беспрецедентный и массовый характер. Безусловно, в послевоенные годы СССР активно сотрудничал с Германской Демократической Республикой. Но в основе этого сотрудничества лежала именно идея антифашизма.
В 1995 году я участвовал в конкурсе школьных музеев. В финале надо было брать интервью у ветерана Великой Отечественной войны. В числе прочего оценивалась нетривиальность вопросов. Я спросил у человека, сражавшегося в годы войны в морской пехоте, как бы он отнесся к возможности встречи с такими же, как он, ветеранами той войны с немецкой стороны, что хотел бы обсудить, какие вопросы бы задал. Ветеран ответил, что не стал бы встречаться.
Будучи школьником, я не мог знать о том, какая напряженная дискуссия велась в тот момент в Санкт-Петербурге по вопросу о создании в Кронштадте совместного мемориала, увековечивающего имена погибших участников одного боя с советской и немецкой стороны.
30 июля 1944 года немецкая подводная лодка «U-250» утопила в Выборгском заливе советский катер «МО-105». 20 моряков погибли и лишь семеро спаслись. В тот же день другой советский катер «МО-103» утопил «U-250». Погибли 46 немецких подводников, а шестерым удалось выжить. Лодка затонула на малой глубине, благодаря чему ее вскоре подняли. Немецких моряков захоронили на лютеранском кладбище Кронштадта.
Спустя десятилетия российский военный историк Борис Каржавин заинтересовался историей того боя, стал изучать подробности, чтобы увековечить память погибших советских моряков. Выяснилось, что и в Германии историк Гунтер Фурман изучает события той роковой даты и пытается разыскать место упокоения своих соотечественников.
Возникла инициатива по созданию совместного мемориала, увековечивающего память о погибших моряках двух стран. С одной стороны, к середине 1990-х годов с момента окончания войны прошло уже полвека. С другой, хоть Российская Федерация и Германия вовсю взаимодействовали в культурной, политической, экономической и даже военной сферах, прецедентов создания совместных мемориалов еще не существовало.
Несмотря на то, что в бурной дискуссии звучали голоса против мемориала, усилиями энтузиастов при поддержке общественных организаций, занимающихся уходом за воинскими захоронениями, мемориал был создан. На него нанесли имена 20 советских моряков, не имевших могил по причине гибели в море, и 46 немецких моряков, точного места захоронения которых так и не установили.
Хоть и прошло 50 лет, тема оказалась настолько чувствительной, что инициаторам пришлось очень точно расставлять акценты. Чтобы прекратить дальнейшую дискуссию, они нашли уникальную формулу, высеченную в камне на двух языках: «Примиренные смертью – взывают к миру».
Автор: военный историк, доктор исторических наук Владимир Прямицын
#нп
