Георгий Жуков и Белорусская операция

Всю весну 1944 года Красная Армия безуспешно штурмовала так называемый «Белорусский балкон» — занятую противником территорию от Витебска до Бобруйска, которая сильно выдавалась на восток. Однако благодаря тому, что немецкая группа армий «Центр» смогла избежать разгромов и имела мощный артиллерийский кулак, немцам удалось удержать и нанести нашим войскам чувствительные потери. Отразив все атаки Красной Армии, гитлеровцы пребывали в уверенности, что здесь, в Белоруссии, фронт непробиваем, а новая советская наступательная операция последует на юге из района Ковеля через Брест на Кенигсберг. Поэтому все подвижные резервы противник сосредоточил в группе армий «Северная Украина».

В апреле 1944 года в Кремле верховное командование Красной Армии обсуждало планы на лето. Логичным было бы продолжить наступление всеми шестью танковыми армиями где-нибудь на юге, но имевший непререкаемый авторитет даже у Верховного главнокомандующего маршал Г. К. Жуков, а вместе с ним маршал А. М. Василевский и начальник генерального штаба генерал армии А. И. Антонов убедили И. В. Сталина в том, что правильно будет ударить там, где нас не ждут.

Для новой операции привлекались войска сразу четырех фронтов: 1-го Прибалтийского (генерал армии И. Х. Баграмян), 3-го Белорусского (генерал армии (с 26 июня 1944 года) И. Д. Черняховский), 2-го Белорусского (генерал-полковник Г. Ф. Захаров) и 1-го Белорусского (маршал К. К. Рокоссовский). В общей сложности советские войска насчитывали около 2 400 000 человек, включая 1-ю армию Войска Польского. Для сосредоточения такого количества войск тайно от противника принимались поистине «драконовские» меры: у тракторов и автомобилей выкручивались лампочки из фар, передвижение разрешалось только ночью, с первыми лучами солнца весь транспорт обязан был укрыться в лесу. Днем из фронтовых районов в тыл уходили колонны грузовиков, вызывая у противника картину переброски соединений на другие направления. Сильной чертой маршала Г. К. Жукова была именно оперативная маскировка, он преуспел в ней, как никто другой из полководцев той войны, и его приемы полностью сработали — немцы были уверены, что если советские войска и начнут наступление, то с ограниченными целями для сковывания гитлеровских войск на этом участке. Более того, за три дня до начала советского наступления командующий немецкой группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Буш отбыл в отпуск.

Изначально начало операции не планировалось привязывать к годовщине начала войны, но задержки в накоплении нужного количества боеприпасов и в подготовке войск, а также производстве обуви для хождения по болотам заставили командование Красной Армии сместить дату на 23 июня.

Утром 23 июня 1944 года немцы были разбужены гулом тысяч орудий и минометов. Советская авиация «работала» не по переднему краю, а по выявленным заранее артиллерийским позициям противника, выбивая «длинную руку» немецкой армии. Вражеская оборона была прорвана на всех участках.

Витебск — Орша

Войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов начали наступление в обход Витебска. Уже к концу второго дня операции в Витебске была окружена крупная немецкая группировка. Отражая контрудары противника, наши части 25 июня освободили Бешенковичи, Богушевск и Сенно, 26 июня пал Толочин, а 27 июня были полностью очищены от нацистской заразы города Витебск, Орша и Чашники. 28 июня советские танки ворвались в крупный узел дорог — город Лепель. Развивая наступление, наши войска освободили города Полоцк и Себеж, вышли к Резекне и начали освобождение советской Прибалтики.

После разгрома Витебской группировки врага на этом участке фронта образовалась ничем не прикрытая брешь. В прорыв на Минск были сразу же брошены подвижные части Красной Армии.

Могилев

Расположенный в центре построения советских фронтов город Могилев не имел стратегического смысла, поэтому для наступления на этом участке наступали в основном стрелковые части 2-го Белорусского фронта. Однако и они смогли добиться впечатляющего успеха. Артиллерийский удар первого дня наступления застал противника врасплох. Оборона 39-го немецкого танкового корпуса, в котором, правда, были только пехотные дивизии, дала трещину и стала сыпаться буквально на глазах. Это был тот самый участок, где весной потерпело неудачу советское наступление. В первый день наши части продвинулись на восемь километров, на второй день — уже на 16, а 25 июня был освобожден важный узел дорог — город Чаусы, над Могилевом нависла угроза окружения. Немцы начали отступление, 26 июня советские пехотинцы завязали Шклов, а 27 июня были освобождены города Могилев, Шклов и Быхов. Преодолев Днепр, наши войска начали стремительное наступление на Минск.

Бобруйск

Наступление 1-го Белорусского фронта началось также 23 июня. Бобруйск был хорошо укреплен, поэтому две ударные группировки начали наступление в обход города с севера и юга. Вместо шоссе удар Красной Армии последовал через леса и болота, что сразу же парализовало оборону противника. В первый день наступления наши части прошли 10 километров. Преодолевая ожесточенные контратаки противника, советские части вышли из болот и днем 27 июня окружили город Бобруйск. Попытка прорыва гарнизона не увенчалась успехом, уже после боя немцы понесли огромные потери, только танков и САУ в районе Бобруйска было уничтожено свыше 150 единиц. 29 июня Бобруйск был освобожден. За неделю боев наши войска не только уничтожили крупную группировку противника, но и взяли пленными свыше 20 тысяч человек. Заняв 28 июня Осиповичи, 1-й гвардейский танковый корпус генерал-лейтенанта М. Ф. Панова устремился на Минск.

Минск

За неполные шесть дней боев немецкая группа армий «Центр» понесла огромные потери в людях и технике. Во фронте зияли бреши, которые закрывать было нечем. Отступающие колонны фашистов с утра до вечера уничтожали советские штурмовики Ил-2, а ночью бомбила авиация дальнего действия. Противники поменялись местами, там, в Белоруссии, в 1944 году повторялся 1941 год наоборот. Теперь немецкие колонны уничтожали с воздуха, теперь они бросали транспорт и бронетехнику на обочинах, теперь их корпуса и дивизии распадались от ударов с воздуха. Дух возмездия витал среди воюющих. Многие из тех, кто громил немцев в 1944 году, начинали здесь же, в Белоруссии свой боевой путь. Командир несшегося на всех парах к Минску с юга 1-го гвардейского танкового корпуса гвардии генерал-лейтенант танковых войск Михаил Федорович Панов начал войну под Гродно и в 20-х числах июня 1941 года попал в окружение под Минском. Командующий идущей к Минску от Могилева 50-й армией генерал-лейтенант Иван Васильевич Болдин уже на второй день войны наносил контрудар под Белостоком, а потом выходил из окружения в этих местах. Сотням тысяч советских бойцов и командиров было что вспомнить летом 1944 года.

После разгрома первых дней вместо спешно возвратившегося из отпуска генерал-фельдмаршала Буша был назначен «гений обороны» и «пожарный Гитлера» генерал-фельдмаршал Модель. Используя качественный и количественный перевес, он смог удержать Ржевский выступ в 1942 году, теперь ему предстояло ощутить на себе все «прелести» войны, в которых с ее начала воевали, и хорошо воевали, Г. К. Жуков, К. К. Рокоссовский и другие советские командиры. Вместе с Моделем из группы армий «Северная Украина» начали прибывать и резервные дивизии. Самой сильной из них стала 5-я танковая дивизия, которая к началу переброски насчитывала 76 средних танков «Пантера», под Борисовом она была усилена 55 тяжелыми танками «Тигр». Но к моменту ее появления на поле боя, от немецкой группировки остались одни воспоминания. С юга на Минск советские войска шли, не встречая серьезного сопротивления, но так случилось, что полнокровная танковая дивизия прибыла на Минское шоссе, то есть выступила против войск 3-го Белорусского фронта. В ходе ожесточенного встречного сражения с танками 5-й гвардейской танковой армией под командованием генерал-полковника танковых войск П. А. Ротмистрова «тигры» и «пантеры» были обойдены с флангов и начали отступление. Разгром пехоты и артиллерии гитлеровцев привел к тому, что танковые дивизии поделать уже ничего не могли. К концу дня 2 июля от немецкой танковой дивизии осталось лишь 18 танков. Несмотря на то что противник заявил о 295 уничтоженных советских танках, это была лишь хорошая мина при плохой игре. Действовавший на шоссе 3-й гвардейский танковый корпус генерал-майора И. А. Вовченко 2 июня потерял 4 танка Т-34 сгоревшими, 17 человек убитыми и 36 ранеными (ЦАМО РФ. Ф. 332, Оп. 4948, Д. 189, Л. 24), что никак не укладывается в три сотни уничтоженных танков под Минском.

А пока на шоссе Минск — Москва шло танковое сражение, к столице Советской Белоруссии с севера и юга подходили советские танки. Большую помощь им оказывали партизаны, которые устраивали диверсии, нападали на небольшие колонны бегущего противника и участвовали в бою бок о бок с регулярными частями Красной Армии. Утром 3 июля с севера к Минску вышли части 2-го гвардейского Тацинского танкового корпуса гвардии полковника А. С. Бурдейного, с юга подошел 1-й гвардейский танковый корпус М. Ф. Панова. В 13:00 над Минском было поднято Красное знамя!

Остатки немецкой 4-й полевой армии из состава группы армий «Центр» попали в окружение. Попытка вырваться из котла проходила в штыковую, у немцев попросту закончились боеприпасы. Отдельные мелкие части добивались партизанами до 9 июля. В плен попало свыше 35 тысяч человек, более 72 тысяч немцев погибло в окрестностях Минска.

Первая часть Белорусской наступательной операции была завершена, советские части гнали противника к государственной границе.

Автор статьи: заместитель директора по развитию музеев и научной работе ГБУК ЛО «ММК «Дорога жизни» Андрей Горбунов

#ак