Григорий Герасимов: «России необходима государственная историческая политика»

Фото: из личного архива

Концепцию отношения к отечественной истории в ходе форума «История для будущего. Новый взгляд», прошедшего в Музее Победы, представил помощник президента РФ, председатель Российского военно-исторического общества Владимир Мединский. Свою оценку положениям этой доктрины в интервью агентству «Победа РФ» дал доктор исторических наук Григорий Герасимов.

– Григорий Иванович, какие вы сделали выводы из концепции отношения к отечественной истории Владимира Мединского?

– Чтобы мне хотелось сказать о выступлении помощника президента России  на форуме «История для будущего. Новый взгляд», а также его последующей статьи в еженедельнике «Аргументы и факты», где он несколько развивает положения, высказанные на нём. Во-первых, это серьезная заявка о необходимости государственной исторической политики в стране. Во-вторых, это попытка сформулировать пока еще даже не контуры, а принципы, отталкиваясь от которых эту политику надо формировать.

Сейчас, я уже не в первый раз встречаю в отношении этого выступления такой термин, как «доктрина Владимира Мединского». Я бы не сказал, что это так. Сам Владимир Ростиславович в интервью «АиФ» говорит, что «пока есть только осознание проблемы, есть потребность в дискуссии и есть понимание некоторых подходов», – конец цитаты. И далее перечисляются эти подходы – это историческая политика, исторический суверенитет, об исторических оценках и синхронной истории и некоторые другие.

Пока эти подходы только декларируются, но не обосновываются и не доказываются. Я думаю, это дело последующего развития тех тезисов, которые были высказаны Владимиром Мединским на форуме.

– Какое положение концепции, на ваш взгляд, является основным?

– Главный тезис помощника президента России, я бы сформулировал как приглашение к дискуссии о необходимости основ, принципах и задачах исторической политики. При этом уверен, что дискуссия, если таковая начнется, выйдет далеко за рамки, обозначенной Владимиром Ростиславовичем области, и затронет все наиболее важные проблемы исторической науки, преподавания, воспитания, исторической памяти.

Потому что именно эти проблемы требуют формулирования и реализации государством его исторической политики. Если бы в нашей исторической науке всё было хорошо или хотя бы сносно, тогда эта историческая политика не понадобилась. Надо учитывать, что политика – это всегда вмешательство государства в те сферы, где общество, в том числе и научное сообщество не справляется с теми задачами и проблемами, решение которых оно берет на себя.

Вы считаете, необходимость такого вмешательства государства в историческую область назрела?

– После распада СССР прошло уже три десятилетия, а у страны нет нормальной истории. Наши исторические оценки не признаются уже даже в бывших советских республиках. Кстати, об этом много говорились и на прошедшем в Музее Победы форуме. Мы дошли до того, что вынуждены доказывать Западу и некоторым другим странам, что мы не виноваты в развязывании Второй мировой войны.

Вот совсем недавно появилась фейковая новость, что в Японии считают, что Советский Союз сбросил атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Это говорит о том, что историки со своей задачей не справились и государство вынуждено вмешиваться в эту «деликатную» сферу. Не думаю, что вмешательство потребуется какое-то грубое. В данном случае, это приглашение к дискуссии и я думаю, что в ходе этой дискуссии научное сообщество, общество и государство найдут взаимоприемлемый консенсус.

Как это было, кстати, с концепцией преподавания истории в школе. Тогда тоже много говорили о вмешательстве государства, но смогли в итоге наладить диалог с учеными, смогли привлечь общественность и в результате вышел хороший документ, который был утвержден Российским историческим обществом и сейчас на его основе разрабатываются учебные программы и ведется преподавание в школе.

– На ваш взгляд, чего не хватает этой доктрине, какую идею вы бы в нее добавили?

– Здесь, на мой взгляд, нужно ясно обозначить ту единую мысль, из которой будет исходить эта доктрина. Идею, которая бы объединила воедино и историческую политику, и исторический суверенитет, и создание положительной истории, и способы преподавания этой истории в школе.

Думаю, что это дело недалекого будущего. Мне кажется, что Владимир Ростиславович подходит к тому, чтобы выдвинуть действительно полноценную доктрину исторической политики России.

– Какие следующие шаги по этой проблематике будут предприняты?

Дальнейшие шаги обозначены в самом выступлении Владимира Мединского. Это, прежде всего, дискуссия, к которой приглашается научное сообщество. На её основе и будут выработаны те или иные решения, которые впоследствии лягут в документы власти.

Обратите внимание, что так идет процесс у нас не только в исторической науке, также он идет и в политике и в правовой сфере. Поправки в Конституцию обсуждали в стране очень широко. Сегодняшняя российская власть не будет навязывать чего-либо силой, власть не будет продвигать упрямо что-то свое – она выберет то положительное, что вызреет в научном сообществе. Поддержит это, вырастит, преподнесет обществу и в конце-концов, общество это примет. И это будет оформлено в концепцию или доктрину исторической политики.

Так мне кажется, было бы целесообразно и правильно.

Форум «История для будущего. Новый взгляд» состоялся 5 октября в Музее Победы. Мероприятие было посвящено вопросам изучения и преподавания отечественной истории, в том числе проблеме искажения исторических фактов и попыткам их фальсификации. В дискуссиях на форуме принимали участие ведущие учёные, политические и общественные деятели, журналисты.

#пс